Алишер Садыков: Шараф Рашидов — история толерантности

Один из телохранителей или, как тогда называли, комиссар Шарафа Рашидова Садулло Мухаммадкулов, прослуживший у первого секретаря ЦК Узбекистана последние 4 года его жизни, рассказал Sputnik Узбекиста каким был этот незаурядный человек и яркий политик.

— Садулло Муродиллоевич, расскажите, как вы, 28-летний учитель, вдруг попали в телохранители к самому первому секретарю Узбекской ССР?

— Начну с того, что у нас как-то не принято употреблять термин "телохранители". В СССР нас, обеспечивающих безопасность первых лиц республики, называли прикрепленными. А телохранители — это нечто другое, это, скорее, западный подход, знакомый многимпо американским фильмам.

К Рашидову на службу я попал в марте 1980 года. В Самарканде в это время проходило очередное республиканское заседание по вопросам сельского хозяйства, на котором выступал и Шараф Рашидов. Я уже 5 лет работал оперативным работником и часто обеспечивал вместе с коллегами безопасность первых лиц. В этот раз мой начальник сказал, что нужен дежурный у входа в комнату приемов.

Телохранитель Шарафа Рашидова Садулло Мухаммадкулов со своими коллегами

— Какой была первая личная встреча с Рашидовым уже в статусе его комиссара?
Какое он тогда произвел на вас впечатление?

— В апреле 1980 года Рашидов как раз вернулся из Москвы, где ему вручили Ленинскую премию за добычу цветных металлов в республике. Перед нашей с ним первой беседой в его кабинет заходили руководители министерств, комитетов и ведомств. Для меня, 28-летнего сотрудника, было непривычно видеть сразу всю элиту Узбекистана. Затем пригласили в кабинет к Рашидову и меня. Тогда я был в звании капитана, но Рашидов, несмотря на скромный мой чин, поздоровался со мной стоя, стал расспрашивать меня о семье, об учебе и работе. А когда узнал, что я из простой рабочей многодетной семьи, сразу ко мне стал относиться по-отечески, потому что сам был выходцем из простого народа.

Еще запомнилось, что среди качеств комиссара, которые он назвал тогда, одним из первых была скромность, затем наблюдательность, оперативность, умение меньше говорить и больше слушать, а также желание служить так, чтобы все были довольны. Я ответил Шарафу Рашидовичу, что готов служить ему. Так началась моя работа с ним.

— Можете назвать какие-то особенные качества, которых требовала работа именно с Рашидовым?

— Помимо того, что на первой встрече мне озвучил сам Шараф Рашидович, могу добавить, что телохранитель должен по долгу службы быть физически и психологически хорошо подготовлен, уметь стрелять из большинства видов оружия, владеть приемами рукопашного боя, чтобы защитить в случае нападения охраняемое лицо. При этом во время прогулок его, например, на даче с женой, мы должны были по инструкции всегда находиться на расстоянии неслышимости их разговоров, но настолько близко, чтобы в случае опасности или особого распоряжения быть готовыми прийти на помощь.

Но была в работе с Рашидовым еще одна особенность: работая с таким образованным и интеллигентным человеком, хорошо знавшим историю своей страны, литературу и искусство, необходимо было ему соответствовать. Это, я вам скажу, было непросто.

К тому же Рашидов был филолог по образованию, а я закончил физмат, поэтому мне приходилось еще и разбираться в филологии, экономике, геологии и политике — во всех сферах, которые прямо или косвенно касались деятельности первого секретаря республики

Еще один неотъемлемый навык в нашей работе — это память. Рашидов знал всех руководителей высшего и среднего звена по имени, отчеству и по фамилии.

Скажет порой: Садулло, наберите такого-то министра или первого секретаря области, и ты должен сразу понять, о ком речь, и до телефона не забыть, что надо передать. Приходилось заучивать фамилии и имена всех руководителей, как минимум районного значения.

— А какое качество главы республики вам больше всего импонировало?

— Шараф Рашидович неслучайно требовал от подчиненных в первую очередь скромности, потому что сам был чрезвычайно деликатным и скромным человеком. Даже в таких мелочах, как церемония фотографирования или вход и выход из зала заседания во время всесоюзных пленумов и форумов. Например, делегаты должны по протоколу следовать в алфавитном порядке, и Рашидов, несмотря на свой возраст и авторитет, никогда не шел вперед, дожидаясь своей очереди.

Еще одна особенность — он ко всем, независимо от должности и ранга, обращался по имени отчеству, знал наизусть имена и фамилии многих руководителей, даже в колхозах некоторых председателей знал по имени и фамилии и всегда общался с уважением.

— Как вы можете оценить его роль в жизни республики и региона в целом?

— Он был настоящей находкой для Узбекистана, да и для всего региона. Он разбирался почти во всех отраслях — и в сельском хозяйстве, и в металлургии, и в космонавтике, и в строительстве. Он был компетентен во всех сферах и при встрече с министрами из Москвы поражал их своей осведомленностью по всем хозяйственным вопросам.

Видео:
Мухаммадкулов: Рашидов был настоящей находкой для Узбекистана

Вам может быть интересно

Все интервью